Дисциплинарное vs недисциплинарное общество (страх-контроль vs радость-любопытство)
Уточнение концепта дисциплинарного общества: фишка не в наличии дисциплины и правил (они есть везде и в недисциплинарном обществе могут быть ещё жёстче), а в том, что главным рычагом воздействия на человека является страх-контроль (одно слово, одна монета: контроль через страх). Задача этого контроля — подавление творческого начала человека. В недисциплинарном обществе развитие и инфраструктура достигаются радостью и любопытством.
Краткое определение
Дисциплинарное общество в корпусе — это мета-концепция социального устройства, в котором главным рычагом удержания человека являются страх и контроль, направленные на блокировку его творческого начала. Недисциплинарное общество — не отсутствие правил и дисциплин (их там может быть даже больше), а другой энергетический источник: радость и любопытство. Различие проходит не по уровню жёсткости и не по идеологии, а по тому, через какую эмоцию социум добивается согласованности — через сжатие или через расширение.
Тезисы корпуса
- Отличие дисциплинарного не в наличии правил, а в том, какие аффекты делают их работающими. Прямая формулировка из лекции:
«Рычагами воздействия на человека является страх и контроль. А в недисциплина все то же самое… достигаются радостью и любопытством».
- Задача контроля сформулирована узко: подавление творческого начала человека; всё остальное — оболочка вокруг этого ядра.
- Национал-социализм, коммунизм и либерализм описываются как варианты одной мета-концепции, установившейся около 500 лет назад и сейчас в кульминации; их идеологическая вражда не отменяет общей рамки.
- Антропологическое допущение, на котором стоит дисциплинарное общество: в человеке зла больше, чем добра, поэтому нужен внешний сторож и внутренний полицейский.
- Технический контур передачи — «блокирующая система», сумма образования, воспитания и окружения, не дающая человеку становиться собой; маркетинг и образовательные технологии «перекусывают» связь желания с подлинным я.
- Диагностика на себе предельно бытовая: тест — сходить в оперу в купальнике; всё, что отзывается внутренним стыдом до проверки уголовного кодекса, есть след дисциплинарного общества.
- Ключ к размыканию — смена аффективного топлива:
«Страха и контроля нет там, где любовь настоящая есть. Никогда не бывает страха и контроля».
Радость в этой логике технически несовместима с дисциплинарным режимом.
Соседние понятия
Корпус последовательно отделяет дисциплинарное общество от трёх соседних понятий. От жёсткости как таковой: недисциплинарное общество может быть намного более жёстким, вопрос в источнике энергии, не в её плотности. От внешнего принуждения вообще: шериф Бен Уэйд в «Поезде на Юму» удерживает рамки выстрелом по нарушителю, но не требует внутреннего страха — внутри установленных границ человек волен; это ещё не дисциплинарное общество, потому что цель не интериоризация страха. От уголовного закона: дисциплинарное общество работает не там, где есть запрет, а там, где религиозным или моральным авторитетом внушают, что без внешней кастрации человек поубивает ближнего как зверь.
Внутри концепта есть устойчивая полярность: на одном полюсе — Кузина Джейн, благоразумный консерватизм нормы; на другом — Косар, фигура самовластного действия как полюс, обратный дисциплинарному. Эта пара показывает, что недисциплинарное — не анархия, а другой архетип ответственности.
Линия наследования
Термин очевидным образом перекликается с société disciplinaire Мишеля Фуко («Surveiller et punir», 1975), но в корпусе он переинтерпретирован: Фуко описывает технику власти через паноптикум и нормализацию, тогда как корпус сдвигает фокус на эмоциональное топливо — страх vs радость — и расширяет хронологию до 500 лет, объединяя либерализм, коммунизм и нацсоциализм как изоморфные конфигурации одной матрицы. Допущение о преобладании зла в человеке отсылает к августиновско-гоббсовской линии (первородный грех и Leviathan как обоснование внешнего сторожа). Противоположный полюс — радость как онтологическая сила — наследует Спинозе (laetitia как переход к большему совершенству) и христианской мистике любви, в которой совершенная любовь изгоняет страх (1 Ин 4:18). Внутрикорпусные смежники: блокирующая система, Кузина Джейн (архетип нормы), Косар, общество как внутренний агент, шизофрения модерна: человек злой, но безгрешный.
- Корпус не разводит до конца, является ли дисциплинарное общество исторической формацией (модерн как её кульминация) или антропологической константой, всякий раз заново упаковываемой.
- Не прояснён механизм фазового перехода: если радость технически разрушает контроль, что мешает ей сделать это массово — индивидуальная практика или необходима новая институциональная форма?
- Открыт и вопрос меры: где граница между жёсткостью недисциплинарного общества и сползанием в новый страх под другим именем?
- Наконец, не отрефлексировано отношение к цифровому контролю XXI века — паноптикум данных в логике корпуса есть ли продолжение той же мета-концепции или её мутация во что-то существенно иное.
Предлагаемое студентами чтение для углубления. Не цитаты из лекций.